Книги с прошлым не любят свет
Когда
как не в Год литературы стоит рассказать не просто о необычных,
а об уникальных книгах, полных тайн? Такие издания есть не только
в приключенческих фильмах или элитных столичных хранилищах. Любопытные
экземпляры можно отыскать и в Череповце.
Самыми
старыми книгами в череповецком библиотечном фонде являются
«Жизнеописания» Плутарха — девять томов на французском языке
рассказывают о многих известных людях античного мира. Издан многотомник
в 1778 году.
Самые старые книги на русском языке — 1833 года
издания. Их две. «Путешествия и новейшие наблюдения в Китае» Петра
Добеля, путешественника и писателя, одно время бывшего генеральным
консулом России на Филиппинских островах. И «Горе от ума» Александра
Грибоедова, который, конечно, в представлении не нуждается и который
также был дипломатом.
В фонде редкой, старинной и ценной книги
сейчас почти 6 000 экземпляров. Это, кстати, не обязательно старые тома.
Например, здесь хранится иллюстрированный 719-страничный альбом
«Орнаменты всех времен и стилей», выпущенный в 2007 году. Эту книгу
очень трудно достать, и она пользуется большой популярностью.
Отдельная
категория — издания с автографами и экслибрисами (книжными знаками
на внутренней стороне переплета, обычно это художественно оформленные
ярлычки или виньетки с именем владельца книги). Елена Володичева,
заведующая отделом книгохранения Центральной городской библиотеки имени
В.В. Верещагина, снимает с полки небольшой том:
— Самая старая книга с автографом у нас — «Водоворот. Думы и темы» Льва Толстого. 1888 год издания. А автограф — Ивана Милютина.
Читаем надпись на форзаце: «В Череповецкую городскую библиотеку», за которой следует имя и подпись городского головы.
Минувшей
осенью директор московской Исторической библиотеки проводил в ЦГБ
семинар и, побывав в архивах, обратил внимание на ряд книг, изданных
в разные годы начала XIX века. Все книги были на французском языке
и изначально без переплетов (те были сделаны уже после покупки,
вручную).
— В то время книги нередко выпускали без переплетов,
таким образом типография снижала затраты и цены, а покупатель мог
впоследствии сам переплести издания, — объясняет Наталья Серманова,
директор Центральной городской библиотеки. — Оказалось, что во всех
книгах небольшие пьесы, водевили на французском языке.
Но кому
в Череповце того времени, когда и театра не было, могли понадобиться
пьесы, да еще на французском языке? Московский гость и работники
череповецкой библиотеки пришли к выводу, что, скорее всего, пьесы были
предназначены для домашних постановок в какой-нибудь обеспеченной семье.
Есть
в книгохранилище учебники, принадлежавшие выпускнику училища святой
Анны в Санкт-Петербурге барону Борису Энквисту (во всяком случае,
мальчик именовал себя бароном). Книги сплошь исписаны, да и самодельные
рисунки тоже встречаются.
— Видимо, на уроках мальчику было очень
скучно, — улыбается Наталья Юрьевна. — Вот здесь перечислен весь класс
по именам, переписка с однокашниками.
Начиналась она так: «Друг,
по-видимому, ты до сих пор не знаешь, что в ложу театра полагается
надевать смокинг, а не пиджак. По-видимому, ты скаредничаешь, а потому
мы решили сделать сбор — пожертвовать тебе на жадность смокинг». Ответ
тоже имелся, но тот почерк разобрать куда сложнее.
В учебнике
«Европа на земном шаре» значилось: 4-й класс, 1910 — 1911 гг. Тогда
барону Энквисту было примерно 14 лет. Что стало с ним позднее и как
книги попали в наш город, неизвестно.
У кого-то
есть старые, а то и старинные книги. Такие люди задаются вопросом,
в каких условиях надо держать подобные издания. Елена Володичева
объяснила, как правильно хранить старые книги дома:
— Самое
главное — подальше от источников света, как солнечного, так
и искусственного. Лучше всего упаковывать старые книги в специальные
микроконтейнеры из картона или же класть в обычную картонную коробку.
Только очень важно, чтобы в этой коробке раньше не лежало ничего
съестного, и коробки из-под обуви тоже нежелательны; иначе можно
развести грибок. Оптимальная температура — плюс 18 — 19 градусов. И,
конечно, книги не хранят там, где повышена влажность. Стоит периодически
обрабатывать книги, например, биоцидом. Это специальный раствор,
который разводят в дистиллированной воде. Несколько капель капают
на вату и аккуратно протирают ею книгу. Между страницами и форзацами
кладут фильтровальную бумагу, но можно использовать и простые газеты.
Павел
Кулев, преподаватель географии лицея «АМТЭК», победитель городского
конкурса «Учитель года — 2014», коллекционирует старые издания.
— В детстве,
читая «Пятнадцатилетнего капитана» из домашней библиотеки родителей,
я заметил, что герои книги странно ругаются, — вспоминает Павел
Алексеевич. — Слово «черт» было написано исключительно через букву «о»,
что не могло не удивить.
Павел Кулев принес книгу в школу
и показал учителю русского языка. Совместно они выяснили, что книга была
издана в 1951 году до реформы русского языка. В результате реформы 1956
года норма написания слова «чорт» стала ошибкой, хотя до того времени
считалась допустимой для употребления в письменной речи (и в некоторых
словарях единственно верной).
— Именно так старая книга смогла
показать подростку, что русский язык — живой и быстро меняющийся
организм. И я с интересом жду, когда мои дети и внуки, читая книги
начала XXI века, будут спрашивать, а почему слово «селфи» пишется так,
а не иначе.
Заполнять свою библиотеку антикварной литературой
Павел Алексеевич начал с первой стипендии — в букинистическом магазине
в Вологде купил «Краткiй курсъ естественной исторiи», изданный
в 1902 году.
— Книга не может быть просто украшением полки,
ее нужно читать, — уверен учитель. — Выдержки из этого учебника
я использую на уроках естествознания в лицее. И детям нравится читать
книгу, написанную более ста лет назад.
Елена Бжания
