Женский Горицкий Воскресенский монастырь расположен на берегу реки Шексны, у подножия поросшего елями холма, называемого горой Маурой. Его невысокие белые стены с округлыми угловыми башенками гармонично вписываются в живописную местность. А войдя на территорию монастыря, словно попадаешь в райский сад – такое здесь обилие цветов. Но паломники, любующиеся этой красотой, и не подозревают, какие страшные тайны хранят монастырские стены.
Жертвы грозного царя
Рака с мощами Ефросиньи и Иулиании
История Горицкого монастыря трагична с первых лет его основания. У аристократов средневековой Руси существовал радикальный способ избавляться от опостылевших жен: их насильно постригали в монахини, обрекая на пожизненное заточение. В числе наиболее именитых насельниц Горицкого монастыря были две жены Ивана Грозного – Анна Колтовская и Мария Нагая, царевна Ксения Годунова, княгини М.Н. Черкасская, И.И. Милославская и многие другие. С 1739 по 1741 год здесь под строгим надзором жила Е.А. Долгорукова – дочь А.Г. Долгорукова, члена Верховного Тайного совета, несостоявшаяся императрица, объявленная невестой Петра II, который, не дожив до свадьбы, скончался от оспы.
Ирония судьбы заключается в том, что одной из первых узниц монастыря стала его основательница – княгиня Ефросинья, вдова князя Андрея Ивановича Старицкого, родного дяди царя Ивана Грозного. Этот удельный князь, считая себя несправедливо обойденным претендентом на царский престол, в 1537 году бежал в Новгород, где пытался поднять мятеж против московского государя, но был хитростью выманен в столицу и умер (убит?) в темнице.
В заточение на долгих четыре года попала и Ефросинья Андреевна с малолетним сыном Владимиром. В 1541 году по ходатайству князя Шуйского они были освобождены, и Владимиру возвратили Старицкий удел. Но Ефросинья, женщина властная и решительная, не успокоилась и продолжала плести нити заговора. Ситуация обострилась до предела в марте 1553 года, во время тяжелой болезни царя, когда бояре разделились на две партии, одна из которых видела претендентом на престол не сына Ивана Грозного царевича Димитрия, а Владимира Старицкого. Царь выздоровел, но окончательно утратил доверие к опасным родственникам.
Тем временем стараниями Ефросиньи заговор следовал за заговором с вовлечением все большего числа бояр. Наконец, в 1563 году по приказу Грозного княгиня была насильно пострижена в монахини под именем Евдокии и отправлена в основанный ею же Горицкий монастырь. Но при этом ей было разрешено сохранить при себе прислугу и ближних боярынь. Вместе с ней в монастыре под именем Александра жила Иулиания Дмитриевна, жена князя Юрия Васильевича, родного брата Ивана Грозного. Ефросинья могла также выезжать из монастыря на богомолье в соседние обители.
С введением опричнины маниакально подозрительный Иван Васильевич решил извести ненавистный род Старицких под корень, несмотря на лояльность князя Владимира. В 1569 году Владимира Старицкого обвинили в попытке отравить царя. Грозный лицемерно заявил, что не хочет проливать родственную кровь, и потому князя, его жену и малолетних детей палачи заставили выпить яд.
Вслед за этим Грозный послал отряд опричников в Горицкий монастырь. Они учинили там жестокую расправу: инокинь Евдокию (Ефросинью Старицкую), Александру (княгиню Иулианию), Марию и игуменью Анну утопили в Шексне, а женщин из свиты княгини Старицкой затравили собаками, расстреляли из самопалов и оставили лежать под открытым небом, птицам и зверям на съедение.
Впоследствии, в XIX веке, в Горицком монастыре, над могилами инокинь Евдокии и Александры был возведен Троицкий собор.
Видение пророчицы Калерии
Призраки княгинь-мучениц время от времени появлялись и внутри обители, и в ее окрестностях. Чаще всего они приходили, чтобы предупредить монахинь о предстоящих бедствиях.
Вскоре после Октябрьского переворота к матушке Калерии явился призрак монахини, статной женщины с суровым, властным лицом и грозным, пронзительным взглядом. Она поняла, что перед нею сама основательница монастыря. Ефросинья предупредила, что в монастырь направляется большевистский отряд, чтобы разорить обитель и уничтожить ее насельниц. Вняв предупреждению, монахини, надежно схоронив наиболее ценные сокровища и реликвии, сами спрятались в окрестных деревнях. Но некоторые из сестер не захотели покинуть обитель. Их участь была трагической. Незваные гости, обнаружив, что значительная часть монастырских ценностей исчезла, стали пытать инокинь, но никто из них не выдал тайну. Тогда комиссары, подобно опричникам Ивана Грозного, загнали монахинь на баржу и утопили вместе с нею то ли в Белом озере, то ли в верховьях Волги.
А матушка Калерия прожила долгую жизнь. Она обладала даром ясновидения. Предсказывала и войну, и голод, и оскудение веры. Она говорила, что в Троицком соборе будут бесовские пляски. И действительно, при советской власти там устроили сельский клуб. Но предсказала пророчица и возрождение монастыря.
Хор «самоваров»
Монастырь на берегу реки Шексны
После Великой Отечественной войны в Горицком монастыре был устроен дом инвалидов. Сюда, в вологодскую глубинку, подальше от людских глаз свозились самые тяжелые, безнадежные инвалиды-фронтовики, лишившиеся обеих рук и ног. Таких в народе называли «самоварами». И вот из этих «обрубков войны» замечательный энтузиаст Василий Петроградский создал хор. По весне, с наступлением теплых дней, санитарки выносили на зелено-бурых одеялах инвалидов за стены монастыря и раскладывали рядками на крутом берегу Шексны. В верхний ряд, у стены, клали запевалу – Пузырька, ниже – теноров, еще ниже – баритонов, а у самого берега реки располагались басы. Когда к Горицкой пристани причаливали пассажирские пароходы, идущие вверх и вниз по Мариинской водной системе, хор «самоваров» давал концерт, и вскоре молва об этом чуде облетела весь Северо-Запад.
Но здесь речь пойдет о другом чуде. Однажды погожим майским днем (скорее всего, на День Победы) инвалидов, как всегда, вынесли на прогулку. Покуда те нежились на солнышке, санитарки решили, как водится, отметить великий праздник. Под вечер занесли своих подопечных обратно. Да, как на грех, одного с пьяных глаз и позабыли. Лежит горемыка, страдает. Дело к ночи. А ночи на севере холодные даже в мае. Замерз, дрожит. Совсем помирать собрался. И вдруг над ним склонилась юная девушка в черной монашеской рясе, сказала ласковые слова, подоткнула со всех сторон одеяло, и так ему стало хорошо и спокойно, как никогда в жизни не бывало.
А санитарка, которая должна была этого инвалида в палату занести, преспокойно улеглась спать. Вдруг среди ночи она проснулась, как от толчка. Смотрит, стоит перед нею молодая черница и сурово грозит пальчиком. Любительница выпить тут же сообразила, что натворила – и бегом на берег. А ее подопечный спит младенческим сном, даже причмокивает во сне. Женщина подняла его с земли (откуда только силы взялись!) − и опрометью назад, пока начальство не увидало.
И думается, что спас инвалида призрак инокини Александры (княгини Иулиании).
Перевоспитание блудницы
В 1970-х годах в Горицах жила доярка Глашка. Говорят, женщина она была работящая, но беспутная, хоть и замужняя, погулять любила. И вот назначил ей очередной ухажер свидание близ стен обители (монастырь давно уже не действовал, там размещались совхозная контора, мастерские, клуб), на берегу Шексны, почти там, где раньше хор «самоваров» распевал. Глашка пришла первой. Села под цветущую черемуху, поджидает. А ночи уже белые. И вдруг видит, из-за крутого берега поднимается фигура в черной рясе, сурово смотрит на блудницу и грозит костлявой рукой. Не помня себя, Глашка бросилась домой. И с тех пор такой примерной женой стала, что все вокруг удивлялись.
Кто же так напугал Глашку? В 1690 году возникло дело о «плутовстве» черницы Марфы. Выяснилось, что эта инокиня спуталась с «черным попом» из Кирилловского монастыря Сергеем Троицким, забеременела и, чтобы скрыть свой грех, бежала из обители. Добравшись до деревни Микулино, Марфа родила мертвого ребенка и сама скончалась во время родов. По приказу вологодского архиерея согрешившую монахиню увезли в Горицы и там зарыли «в берегу» без церковного отпевания. И с тех пор ее призрак бродит по берегу Шексны, грозя беспутным женщинам, отвращая их от грехов.
Можно рассказать много историй о призраках Горицкого монастыря. Говорят, совсем недавно бакенщик видел на берегу Шексны высокую старушечью фигуру в монашеском одеянии. Не иначе как снова Ефросинья Старицкая явилась. Что на этот раз она хотела поведать миру, о чем предупредить нас, грешных?
Виктор МЕДНИКОВ
Жертвы грозного царя
Рака с мощами Ефросиньи и Иулиании
История Горицкого монастыря трагична с первых лет его основания. У аристократов средневековой Руси существовал радикальный способ избавляться от опостылевших жен: их насильно постригали в монахини, обрекая на пожизненное заточение. В числе наиболее именитых насельниц Горицкого монастыря были две жены Ивана Грозного – Анна Колтовская и Мария Нагая, царевна Ксения Годунова, княгини М.Н. Черкасская, И.И. Милославская и многие другие. С 1739 по 1741 год здесь под строгим надзором жила Е.А. Долгорукова – дочь А.Г. Долгорукова, члена Верховного Тайного совета, несостоявшаяся императрица, объявленная невестой Петра II, который, не дожив до свадьбы, скончался от оспы.
Ирония судьбы заключается в том, что одной из первых узниц монастыря стала его основательница – княгиня Ефросинья, вдова князя Андрея Ивановича Старицкого, родного дяди царя Ивана Грозного. Этот удельный князь, считая себя несправедливо обойденным претендентом на царский престол, в 1537 году бежал в Новгород, где пытался поднять мятеж против московского государя, но был хитростью выманен в столицу и умер (убит?) в темнице.
В заточение на долгих четыре года попала и Ефросинья Андреевна с малолетним сыном Владимиром. В 1541 году по ходатайству князя Шуйского они были освобождены, и Владимиру возвратили Старицкий удел. Но Ефросинья, женщина властная и решительная, не успокоилась и продолжала плести нити заговора. Ситуация обострилась до предела в марте 1553 года, во время тяжелой болезни царя, когда бояре разделились на две партии, одна из которых видела претендентом на престол не сына Ивана Грозного царевича Димитрия, а Владимира Старицкого. Царь выздоровел, но окончательно утратил доверие к опасным родственникам.
Тем временем стараниями Ефросиньи заговор следовал за заговором с вовлечением все большего числа бояр. Наконец, в 1563 году по приказу Грозного княгиня была насильно пострижена в монахини под именем Евдокии и отправлена в основанный ею же Горицкий монастырь. Но при этом ей было разрешено сохранить при себе прислугу и ближних боярынь. Вместе с ней в монастыре под именем Александра жила Иулиания Дмитриевна, жена князя Юрия Васильевича, родного брата Ивана Грозного. Ефросинья могла также выезжать из монастыря на богомолье в соседние обители.
С введением опричнины маниакально подозрительный Иван Васильевич решил извести ненавистный род Старицких под корень, несмотря на лояльность князя Владимира. В 1569 году Владимира Старицкого обвинили в попытке отравить царя. Грозный лицемерно заявил, что не хочет проливать родственную кровь, и потому князя, его жену и малолетних детей палачи заставили выпить яд.
Вслед за этим Грозный послал отряд опричников в Горицкий монастырь. Они учинили там жестокую расправу: инокинь Евдокию (Ефросинью Старицкую), Александру (княгиню Иулианию), Марию и игуменью Анну утопили в Шексне, а женщин из свиты княгини Старицкой затравили собаками, расстреляли из самопалов и оставили лежать под открытым небом, птицам и зверям на съедение.
Впоследствии, в XIX веке, в Горицком монастыре, над могилами инокинь Евдокии и Александры был возведен Троицкий собор.
Видение пророчицы Калерии
Призраки княгинь-мучениц время от времени появлялись и внутри обители, и в ее окрестностях. Чаще всего они приходили, чтобы предупредить монахинь о предстоящих бедствиях.
Вскоре после Октябрьского переворота к матушке Калерии явился призрак монахини, статной женщины с суровым, властным лицом и грозным, пронзительным взглядом. Она поняла, что перед нею сама основательница монастыря. Ефросинья предупредила, что в монастырь направляется большевистский отряд, чтобы разорить обитель и уничтожить ее насельниц. Вняв предупреждению, монахини, надежно схоронив наиболее ценные сокровища и реликвии, сами спрятались в окрестных деревнях. Но некоторые из сестер не захотели покинуть обитель. Их участь была трагической. Незваные гости, обнаружив, что значительная часть монастырских ценностей исчезла, стали пытать инокинь, но никто из них не выдал тайну. Тогда комиссары, подобно опричникам Ивана Грозного, загнали монахинь на баржу и утопили вместе с нею то ли в Белом озере, то ли в верховьях Волги.
А матушка Калерия прожила долгую жизнь. Она обладала даром ясновидения. Предсказывала и войну, и голод, и оскудение веры. Она говорила, что в Троицком соборе будут бесовские пляски. И действительно, при советской власти там устроили сельский клуб. Но предсказала пророчица и возрождение монастыря.
Хор «самоваров»
Монастырь на берегу реки Шексны
После Великой Отечественной войны в Горицком монастыре был устроен дом инвалидов. Сюда, в вологодскую глубинку, подальше от людских глаз свозились самые тяжелые, безнадежные инвалиды-фронтовики, лишившиеся обеих рук и ног. Таких в народе называли «самоварами». И вот из этих «обрубков войны» замечательный энтузиаст Василий Петроградский создал хор. По весне, с наступлением теплых дней, санитарки выносили на зелено-бурых одеялах инвалидов за стены монастыря и раскладывали рядками на крутом берегу Шексны. В верхний ряд, у стены, клали запевалу – Пузырька, ниже – теноров, еще ниже – баритонов, а у самого берега реки располагались басы. Когда к Горицкой пристани причаливали пассажирские пароходы, идущие вверх и вниз по Мариинской водной системе, хор «самоваров» давал концерт, и вскоре молва об этом чуде облетела весь Северо-Запад.
Но здесь речь пойдет о другом чуде. Однажды погожим майским днем (скорее всего, на День Победы) инвалидов, как всегда, вынесли на прогулку. Покуда те нежились на солнышке, санитарки решили, как водится, отметить великий праздник. Под вечер занесли своих подопечных обратно. Да, как на грех, одного с пьяных глаз и позабыли. Лежит горемыка, страдает. Дело к ночи. А ночи на севере холодные даже в мае. Замерз, дрожит. Совсем помирать собрался. И вдруг над ним склонилась юная девушка в черной монашеской рясе, сказала ласковые слова, подоткнула со всех сторон одеяло, и так ему стало хорошо и спокойно, как никогда в жизни не бывало.
А санитарка, которая должна была этого инвалида в палату занести, преспокойно улеглась спать. Вдруг среди ночи она проснулась, как от толчка. Смотрит, стоит перед нею молодая черница и сурово грозит пальчиком. Любительница выпить тут же сообразила, что натворила – и бегом на берег. А ее подопечный спит младенческим сном, даже причмокивает во сне. Женщина подняла его с земли (откуда только силы взялись!) − и опрометью назад, пока начальство не увидало.
И думается, что спас инвалида призрак инокини Александры (княгини Иулиании).
Перевоспитание блудницы
В 1970-х годах в Горицах жила доярка Глашка. Говорят, женщина она была работящая, но беспутная, хоть и замужняя, погулять любила. И вот назначил ей очередной ухажер свидание близ стен обители (монастырь давно уже не действовал, там размещались совхозная контора, мастерские, клуб), на берегу Шексны, почти там, где раньше хор «самоваров» распевал. Глашка пришла первой. Села под цветущую черемуху, поджидает. А ночи уже белые. И вдруг видит, из-за крутого берега поднимается фигура в черной рясе, сурово смотрит на блудницу и грозит костлявой рукой. Не помня себя, Глашка бросилась домой. И с тех пор такой примерной женой стала, что все вокруг удивлялись.
Кто же так напугал Глашку? В 1690 году возникло дело о «плутовстве» черницы Марфы. Выяснилось, что эта инокиня спуталась с «черным попом» из Кирилловского монастыря Сергеем Троицким, забеременела и, чтобы скрыть свой грех, бежала из обители. Добравшись до деревни Микулино, Марфа родила мертвого ребенка и сама скончалась во время родов. По приказу вологодского архиерея согрешившую монахиню увезли в Горицы и там зарыли «в берегу» без церковного отпевания. И с тех пор ее призрак бродит по берегу Шексны, грозя беспутным женщинам, отвращая их от грехов.
Можно рассказать много историй о призраках Горицкого монастыря. Говорят, совсем недавно бакенщик видел на берегу Шексны высокую старушечью фигуру в монашеском одеянии. Не иначе как снова Ефросинья Старицкая явилась. Что на этот раз она хотела поведать миру, о чем предупредить нас, грешных?
Виктор МЕДНИКОВ
